29 октября облигации «Уральской стали» за один торговый день подешевели на 12,4%. Инвесторы избавлялись от них с той же поспешностью, с какой роняют раскалённую болванку. Поводом стало решение АКРА поставить рейтинг комбината «под наблюдение»: суд арестовал на его счетах 819 млн рублей по иску кузбасских угольщиков из «Стройсервиса». Через неделю арест сняли, но осадок, как говорится, остался. Рядом в очереди стоит «Талтэк», поставщик коксующегося угля. Он уже судится на 1,15 млрд, обещает довести требования до 4,7 млрд и не стесняясь говорит о банкротстве.
Комбинат полного цикла, задолжавший за уголь, — это как самовар, задолжавший за воду. Без кокса домна не греет, а без денег кокс не везут. Круг замкнулся, и в него теперь с интересом заглядывают кредиторы.
Почему облигации «Уральской стали» падают быстрее чугуна из домны?
Потому что их владельцы умеют читать. За 2026 год, по подсчётам самих кредиторов, к комбинату предъявили больше 570 исков почти на 8 млрд рублей. Это почти по два иска в день, без выходных и праздников. Так часто не звонят даже коллекторы.
На Федресурсе уже три уведомления о намерении обанкротить комбинат. Одно из них подала фирма с говорящим названием «Р-Климат». Микроклимат на предприятии, видимо, такой, что пришли климатологи.
В феврале Стойленский ГОК группы НЛМК добился ареста счетов и имущества «Уральской стали». В июле долг в 556 млн погасили тринадцатью платежами. Так обычно платят алименты. Впрочем, все мы знаем, как владелец НЛМК Владимир Лисин взыскивает долги: не жалеет ни чужих, ни своих. С таким кредитором тринадцатью платежами ещё легко отделались — могли бы и тринадцатью кругами ада.
Просроченная кредиторская задолженность на 30 июня — 16,1 млрд рублей. Денег на счетах — около 1,3 млрд. Разница в двенадцать раз.
Если вы думаете, что всё это стихийное бедствие, санкции и злая ключевая ставка, вы просто плохо знаете Дениса Сафина. Тут виден авторский почерк.
Кто кому должен, или бухгалтерия-шапито
Начнём с самого прекрасного. В отчётности комбината за 2025 год чёрным по белому записаны «выданные займы связанным сторонам в размере 29 725 907 тыс. руб., которые будут досрочно возвращены в случае необходимости». Почти 30 миллиардов. Убыток за тот же год — 29,1 миллиарда. Комбинат потерял ровно столько, сколько раздал своим. Необходимость вернуть деньги, судя по всему, не наступила до сих пор: 570 исков — это, видимо, ещё не необходимость.
Дальше — семейная взаимовыручка. «Уральская сталь» поручилась по обязательствам собственной материнской компании, Загорского трубного завода, на 18,9 млрд рублей. Материнская компания и лично акционер Сафин, в свою очередь, поручились за комбинат перед банками. Мама поручилась за сына, сын за маму, а платить, как выяснилось, нечем ни тому, ни другой. Сам Денис Галялхакович, надо думать, готов поклясться, что поручился за родной комбинат всем, вплоть до собственных трусов. В смысле — последних. Трусы, судя по займам связанным сторонам на 29,7 млрд, у него действительно последние, но очень дорогие.
Кредиторская задолженность за 2025 год выросла с 21 до 52 млрд, в два с половиной раза. Ограничительные условия по кредитам на 30 июня 2026 года нарушены на 82,7 млрд, то есть почти по всему кредитному портфелю. В любой другой стране после такого банки выключают свет. У нас банки договорились перенести погашение долга на 2029–2034 годы, а часть процентов капитализировали «с уплатой их в 2028–2030 годах». Цитата, между прочим, из релиза АКРА от 30 сентября.
Облигационерам повезло меньше: им платить в 2027 и 2028 годах. Откуда деньги? АКРА честно пишет, что оценка ликвидности «базируется на предположении, что Компания сможет найти средства… в том числе за счет продажи активов». Каких активов — не уточняется. Может быть, доменной печи. Может быть, проходной.
Фото: Банкам — 2029–2034 годы, облигационерам — 2027–2028. Откуда деньги, АКРА предлагает гадать. Разбор релиза АКРА от 30.09.2026 «Уральская сталь»: банкам отсрочили долг до 2034 года» в «Пульсе» Т-Инвестиций.
В том же релизе есть жемчужина, которую надо вставить в рамку. Агентство отмечает у «Уральской стали» «прозрачную структуру бизнеса». Через три строки: «Совет директоров и ключевые комитеты пока не сформированы». Ещё через строку: «имеют место сделки со связанными сторонами». Рентабельность по FFO — 0,5%. Прозрачно, как стекло, через которое ничего не видно.
А теперь о тех, кто всем этим управляет. ООО «УК „Уральская сталь“» с уставным капиталом 10 тысяч рублей, 100% у Дениса Сафина, он же гендиректор. Средняя зарплата там в 2025 году — 666 598 рублей в месяц. Шестьсот шестьдесят шесть тысяч. Число зверя с поправкой на инфляцию. При этом сама управляющая компания закончила год с убытком 3,2 млрд, на 1 октября должна налоговой 221 млн, а «Газпром межрегионгаз Оренбург» судится с ней на 979 млн за газ. Ещё 522 млн газовики требуют с самого комбината. Комбинат мёрзнет, а управляющие греются.
Вишенка на торте — ФАС. Антимонопольщики выяснили, что после смены владельца «Уральская сталь» подняла цены на мостовую сталь больше чем на 70%, а на заготовку для железнодорожных колёс — больше чем на 40%, при неизменной себестоимости. Грозит оборотный штраф до 3,2 млрд. Задрать цены на 70% и всё равно уйти в минус на 29 миллиардов — это, согласитесь, талант. Который не пропьёшь. Такому в МИСИС не учат, хотя Денис Галялхакович туда регулярно ходит читать студентам лекции из цикла «Технология успеха».
Официальная позиция компании: «Кредитные обязательства успешно реструктурированы и обслуживаются в плановом порядке». В плановом. Запомним это слово.
Где деньги, Денис?
Третьего июня 2022 года, через три месяца после того, как Загорский трубный завод купил «Уральскую сталь», в торговом реестре Базеля появилась Alpha MET AG. Её «сестра», FERRON TRADING FZCO, зарегистрирована в ОАЭ. Обе торгуют чугуном и слябами, то есть ровно тем, что льёт Новотроицк. На сайтах они не без гордости сообщают, что всегда имеют доступ к продукции своего «стратегического партнёра — одного из крупнейших в мире производителей металлического сырья». Скромность украшает.
Обе компании возглавляет Юрген Фройнд. С 2018 года он был CEO швейцарской HAEUSLER, которая ещё в 2013-м делала базовый инжиниринг трубной линии для Загорского трубного завода. Мир тесен. Особенно швейцарский мир Дениса Сафина.
Чугун под европейские санкции не попадает, так что формально всё чисто. Но по версии редакции схема устроена просто: центр затрат остаётся в Новотроицке, центр прибыли переезжает в Базель и Дубай, где прибыль благополучно забывают. Чем дольше комбинат балансирует на краю, тем больше денег кредиторов, поставщиков и бюджета уходит через швейцарско-эмиратскую прокладку. А теперь Alpha MET в статусе «in Liquidation». Корабль ещё на плаву, а трейдеры уже в шлюпке.
Есть ещё компании Сергея Пиксаева, которого злые языки называют «кошельком» Сафина. По данным открытых источников, в июле 2023 года подконтрольная ему структура, переименованная потом в «Газтэк», купила у банка «Траст» Тимано-Печорскую газовую компанию за миллиард рублей. Учредитель «Газтэка», АО «Инфинити Капитал», при нулевой выручке и убытке 125 млн платит сотрудникам в среднем 699 тысяч рублей в месяц. Это выше, чем в управляющей компании Сафина: чем меньше компания производит, тем щедрее она платит. Доли «Газтэка» в залоге у АО «УК Инвестиции». Ещё в этой орбите «Уралремонт» с одним сотрудником и «ИТР», которое ушло от «Уральской стали» к фирме Анны Ломакиной и тут же нарастило выручку на 1517%.
Если вам кажется, что вы всё это уже где-то видели, вам не кажется. Фамилии Сафина и Пиксаева уже звучали вместе в арбитраже, и при очень интересных обстоятельствах.
Пересвет, Бабушкина, 9: где родился трубный король
Сначала был Изоляционный трубный завод в подмосковном Пересвете. По документам — изоляция и ремонт труб. Семейный бизнес: отец Галялхак Сафин и сын Денис.
Рядом с ИТЗ, на той же площадке, вырос Загорский трубный завод. Фактический адрес ИТЗ и юридический адрес ЗТЗ совпадают до номера дома: Пересвет, улица Бабушкина, 9. Стройка обошлась в 10 млрд рублей: 5,1 млрд дал Сбербанк, 4,9 млрд — «собственные средства Сафиных». Миллиардный долг ИТЗ перед Сбербанком тут же переехал на новый завод, а ИТЗ стал его поручителем. Старый завод тонул, новый всплывал на его же месте.
Кто владел новым заводом? По данным СПАРК, на 2017 год единственным владельцем поставщика «Газпрома» был британский офшор Pipe Trade Limited. По британскому реестру он принадлежал Белле Мухиной и был ликвидирован. Сафин тогда объяснял, что Мухина «никогда не была акционером», а Pipe Trade была акционером с момента учреждения, но «впоследствии продала акции». Кому — не уточнил. Ещё в 2022 году ЗТЗ формально числился за этим офшором, который, по данным СПАРК, не действовал с ноября 2021-го. Мёртвый британец в акционерах главного трубного новичка «Газпрома». Гоголь бы обзавидовался.
Фото: Кипрский реестр компаний: ZTZ HOLDING LIMITED (HE 405225, зарегистрирована 13.12.2019), директор — DENIS SAFIN. Без офшора трубный король из дома не выходит.
Был и живой партнёр. В марте 2017 года Сафин сам рассказал, что совладельцем ЗТЗ с конца 2016-го стал Николай Егоров — однокурсник Владимира Путина по юрфаку ЛГУ, сооснователь бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнёры». В 2020 году за структурой Егорова «Кседос Инвест», по данным «Коммерсанта», числилось 25% завода. Модель знакомая: Литвиненко и «ФосАгро», только в трубном исполнении. Как эта конструкция называется по-русски, читатель догадается сам.
По тем же данным «Коммерсанта», Егоров «хорошо знаком» с Германом Грефом и «помогает клиентам банка, оказавшимся в сложных ситуациях». У ЗТЗ как раз случилась сложная ситуация: пять миллиардов долга Сбербанку. Сбербанк перенёс начало выплат на 2018 год и выдал заводу ещё миллиард. По данным СМИ, ещё 10% ЗТЗ достались бывшему депутату Госдумы Рафаэлю Гималову, земляку Сафина-старшего, за посредничество в контактах с губернатором Подмосковья Андреем Воробьёвым.
29 мая 2017 года губернатор Воробьёв и Алексей Миллер торжественно, с интерактивными мониторами, запустили производство первой трубы ЗТЗ для «Газпрома». «Сегодня в отрасли появился новый производитель труб», — сказал Миллер и пообещал конкуренцию и рост качества. По данным СМИ, годом раньше первую опытную партию труб завода ВНИИГАЗ не принял, но кто старое помянет.
Ровно через три месяца, 7 сентября, Тверской суд Москвы отправил Сафина под домашний арест по делу о нецелевом использовании субсидии Минпромторга на 133 млн. Деньги завод вернул 6 сентября, за день до ареста. 16 ноября дело закрыли за отсутствием состава, с правом на реабилитацию. Тогда поговаривали, что такая стремительность связана с партнёром-однокурсником. Мы-то с вами знаем, как это устроено: друзьям — всё, остальным — закон.
Что осталось от ИТЗ: краткий курс банкротства для чайников
В 2010–2011 годах при строительстве нефтепровода «Транснефти» к порту Усть-Луга подрядчик «Промышленные технологии» вместо новых труб поставлял бывшие в употреблении. Трубы чистили на Изоляционном трубном заводе и клеили на них поддельную маркировку Челябинского трубопрокатного завода. Ущерб «дочкам» «Транснефти» — 4,56 млрд рублей. Гендиректор «Промтехнологий» Павел Закревский получил два с половиной года, коммерческий директор Василий Нестеренко — пять лет, менеджер Михаил Владимиров — четыре с половиной. Реставраторов не тронули. Реставраторы пошли строить Загорский трубный завод.
В 2018 году ИТЗ продали малоизвестному Сергею Фролову, юридический адрес переехал в Ржев Тверской области, а в 2019-м завод обанкротили. Конкурсный управляющий открыла сундук — и там было на что посмотреть.
Оказалось, что в апреле 2018 года умирающий завод передал лично Денису Сафину изобретение и полезную модель. Суд это вернул. Оказалось, что завод выдал Сафину заём, и 6,35 млн ушли ему на счёт. Суд признал заём недействительным.
Фото: Банкротное дело Изоляционного трубного завода № А66-4774/2019 в картотеке арбитражных дел: шесть страниц обособленных споров, апелляции и кассации. Сундук оказался глубоким.
А вот номер для цирка. Сафин был должен ИТЗ 38,1 млн. 31 декабря 2017 года ИТЗ продал это право требования Загорскому трубному заводу. Апелляционный суд установил, что права требования «фактически переданы безвозмездно», а «на дату её заключения Сафин Д. Г. являлся единственным учредителем Должника и руководителем Общества». Выходит, Сафин сидел по обе стороны сделки и сам себе простил долг. ЗТЗ пытался объяснить, что всё оплачено зачётом встречных требований, но, как сухо записал суд, «соглашение о зачете не предъявлено». Ни в первой инстанции, ни во второй. Потерялось.
Фото: Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 по делу № А66-4774/2019: Загорский трубный завод обжалует возврат в конкурсную массу ИТЗ права требования к Сафину Денису Галялхаковичу.
Фото: Там же, стр. 4: Сафин — единственный учредитель должника и руководитель покупателя, права требования «фактически переданы безвозмездно», а «соглашение о зачете не предъявлено». Потерялось.
Ещё 43,97 млн ИТЗ перечислил бывшему депутату Гималову, тому самому, что «помогал с губернатором». Суд велел вернуть. Гималов дошёл до апелляции и проиграл.
Фото: Гималов Рафаэль Имамович подаёт апелляционную жалобу и просит восстановить пропущенный срок. Итог — постановление 14-го арбитражного апелляционного суда от 23.12.2021: определение оставить без изменения, жалобу — без удовлетворения.
17 августа 2021 года Арбитражный суд Тверской области признал доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ИТЗ Сергея Фролова, Дениса Сафина, Сергея Пиксаева и АО «Загорский трубный завод». После этого кредиторы почему-то вдруг согласились на мировое соглашение, в августе 2022-го производство по делу прекратили, а в июне 2023-го ИТЗ ликвидировали «по решению учредителей». Хеппи-энд. Для учредителей.
Король без королевства
Вернёмся в 2017 год. 20 декабря «Газпром комплектация» расторгла с ОМК, ТИТ, ЧТПЗ, ТМК и «Северсталью» контракты на поставку 501 тысячи тонн труб для «Северного потока – 2» на 56,8 млрд рублей: цены, мол, оказались завышенными. Собеседник «Ведомостей» в «Газпроме» сформулировал коротко: «Приходится воспитывать». 28 декабря резолюция Миллера расширила допуск ЗТЗ к строительству новых газопроводов. Регламент «Газпрома» требовал, чтобы новичок два года работал только на ремонтах. Сафин уложился в девять месяцев.
Дальше пошло как по трубе. Контракт на «Силу Сибири» — 41,2 млрд. В 2018 году выручка ЗТЗ на 99,4% состояла из денег «Газпрома». Летом 2018-го завод не справлялся с заказами и докупал трубы у тех самых конкурентов, которых выбил с рынка. Многие до сих пор спрашивают, за счёт чего новичок держал скидку 13–15% к ценам грандов. Учитывая биографию изоляционного завода по соседству, вопрос не праздный.
Фото: Госзакупки АО «ЗТЗ»: 49 контрактов на 12,6 млрд рублей, в топе заказчиков — сплошь «Газпром трансгазы». Рыночная конкуренция в одном лице.
А потом случилась песня под названием ЧТПЗ. В июле 2020 года Загорский завод договорился о слиянии с Челябинским трубопрокатным заводом Андрея Комарова. Объединённая группа заняла бы около трети рынка труб большого диаметра, деньги на сделку должен был дать Газпромбанк. В сентябре сделка вошла в «финальную стадию». В январе 2021-го её заморозили: у ЗТЗ «возникли вопросы» к финансовому положению ЧТПЗ.
Остановимся и вдумаемся. Финансы Челябинска не устроили завод, у которого убыток был нормой жизни (659 млн в 2017-м, 1,5 млрд в 2021-м), а единственный клиент — «Газпром». Это как если бы хромой отказался от велосипеда, потому что у велосипеда скрипит седло. В марте 2021-го ЧТПЗ спокойно купила ТМК Дмитрия Пумпянского — 86,54% примерно за 84 млрд рублей — и стала безоговорочным лидером рынка. Сафин остался с бубликом.
Фото: Финансы АО «ЗТЗ» за 2021 год: выручка 25 млрд (−26%), убыток 1,5 млрд, эффективность — «НИЗКАЯ». Именно этого завода не устроили финансы ЧТПЗ.
Но финансы, которые его устроили, всё-таки нашлись. В феврале 2022 года ЗТЗ купил у «Металлоинвеста» «Уральскую сталь» за 500 млн долларов. «Металлоинвест» вложил в этот комбинат 1,2 млрд долларов. Чем закончилась эта покупка, вы прочитали в начале.
Фото: Последний полный год при «Металлоинвесте»: в 2021-м «Уральская сталь» получила 141 млрд выручки и 12 млрд прибыли. При Сафине за 2025 год — 29,1 млрд убытка.
Что дальше?
Денег нет, кредиторы у ворот, санкции никуда не делись. Собеседники редакции на трубном рынке, знающие Сафина не первый год, уверены: в таких условиях он вполне может взяться за старое ремесло и снова продавать дырявые трубы как новые. Опыт есть, площадка есть, а маркировку, как показала Усть-Луга, наклеить недолго.
И Егоров на этот раз явно не поможет. В 2017-м речь шла о 133 миллионах, которые вернули за день до ареста. Сейчас — почти шестьсот исков, 16 миллиардов просрочки и очередь из желающих обанкротить комбинат. Такое одним звонком однокурснику не закрывается.
В коридорах Администрации президента, по данным неназванных источников, знакомых с ситуацией, уже поговаривают: если дела на комбинате не выправятся, Путин может передать «Уральскую сталь» во временное управление. Механизм давно обкатан: по указу № 302 так забирали заводы ушедших иностранцев, а с августа 2026-го указ № 604 позволяет отдать Росимуществу промышленный объект, если владелец не обеспечил его безопасность, — без всяких сроков и за счёт доходов самого объекта. Чем это кончается, хорошо видно на «Южуралзолоте» Константина Струкова: Генпрокуратура подала иск 3 июля 2025 года, суд национализировал компанию за восемь дней, а через год её продали структурам Руслана Байсарова за 57% от стартовой цены.
Империю Денис Сафин строил на государственном заказчике. Теперь государство может забрать её себе — уже без Сафина.
