Поддержку российской валюте при этом оказывает сохраняющийся спрос экспортеров на рублевую ликвидность.

В понедельник, 28 сентября, компаниям предстоит перечислить в бюджет НДФЛ, страховые взносы, НДС, НДПИ, акцизы и налог на прибыль.

По итогам первой минуты торгов курс юаня составил 12,6045 рубля, что на 0,45 копейки выше уровня предыдущего закрытия. При этом китайская валюта торговалась на 4,55 копейки ниже действующего официального курса.

Дополнительным фактором для рынка стали параметры нового федерального бюджета. В четверг правительство России одобрило законопроект о бюджете на 2027 год и плановый период 2028–2029 годов.

Министр финансов Антон Силуанов сообщил, что дефицит бюджета в ближайшие годы предполагается на уровне около 2% ВВП ежегодно. В 2027 году он должен составить 2,2% ВВП.

Расходы федерального бюджета в следующем году запланированы на уровне 48,8 трлн рублей, доходы — 43,3 трлн рублей. К 2029 году поступления в бюджет, как ожидается, вырастут до 48,4 трлн рублей.

По словам Силуанова, бюджет сформирован с учетом возможных неблагоприятных сценариев. С 2027 года в течение трех лет базовая цена нефти Urals при расчетах будет составлять $50 за баррель.

Министр подчеркнул, что при таком уровне нефтяных цен все бюджетные обязательства должны быть профинансированы. В случае более благоприятной рыночной конъюнктуры дополнительные доходы планируется направлять в Фонд национального благосостояния.

Ненефтегазовый дефицит, согласно текущим проектировкам, должен сократиться до 5% ВВП.

Тем временем мировые цены на нефть утром в пятницу снижаются после двух сессий роста подряд. По итогам четверга Brent подорожала на 3,4%, а WTI — на 2,7%.

Стоимость ноябрьских фьючерсов на Brent на лондонской бирже ICE Futures к 09:05 мск составляла $105,31 за баррель, что на 1,18% ниже уровня закрытия предыдущих торгов.

Ноябрьские фьючерсы на WTI на Нью-Йоркской товарной бирже к этому же времени дешевели на 2%, до $92,7 за баррель.

Участники рынка продолжают следить за геополитической ситуацией и оценивают сообщения о возможной договоренности между США и Ираном, которая могла бы способствовать восстановлению нефтяных поставок через Ормузский пролив.