Но за этой правильной декорацией нередко разворачивается совсем другой сюжет.
Именно такую картину, по мнению критиков, можно было наблюдать в Армении в день парламентских выборов. Формально всё шло по процедуре, но происходящее вокруг голосования всё больше напоминало не демократический процесс, а жесткий политический спектакль.
Чтобы понять, почему день выборов оказался настолько напряженным, нужно вернуться примерно на год назад. Именно тогда, как считают оппоненты властей, началась настоящая предвыборная кампания — не с программ, дискуссий и борьбы идей, а с уголовных дел, задержаний и давления на конкурентов.
В сентябре 2025 года при не до конца проясненных обстоятельствах погиб Володя Григорян, глава общины Паракар и лидер оппозиционного альянса. Незадолго до этого его политическая сила сумела обойти партию власти на местных выборах. Гибель политика так и осталась без понятных для общества ответов.
Затем, по мнению оппозиции, процесс пошел по нарастающей. В июне 2025 года был арестован Самвел Карапетян — миллиардер, состояние которого Forbes оценивал в 4,1 млрд долларов, владелец группы «Ташир» и один из ключевых фигур блока «Сильная Армения». Официально его обвинили в призывах к захвату власти. В марте 2026 года под арест попал Артур Ванецян — бывший директор Службы национальной безопасности Армении и лидер партии «Родина». В апреле суд продлил Карапетяну домашний арест еще на три месяца — как раз на период, когда страна входила в решающую фазу выборов.
При этом официальный Ереван продолжал говорить о европейских ценностях, правовом государстве и демократическом курсе. На практике же оппозиция утверждала, что политическое поле зачищают заранее и весьма последовательно.
Накануне голосования стало ясно, что спокойным этот день не будет. Ночью силовики задержали двух председателей участковых избирательных комиссий и одного секретаря, причем причины таких действий публично не были объяснены. Утром в офисах блока «Сильная Армения» уже работали следователи. Одновременно полиция, как утверждали представители оппозиции, ворвалась в офис блока в Гюмри и задержала троих сотрудников. Адвокатам, по их словам, не позволяли попасть внутрь.
Сам Карапетян, несмотря на домашний арест, смог прийти на ближайший участок и проголосовать. Собравшиеся люди встретили его аплодисментами. После этого он заявил журналистам, что в этот момент продолжаются задержания сторонников его политической силы. По словам Карапетяна, многих арестовали в день голосования, а накануне были задержаны более 100 человек. При этом он добавил, что «ничего страшного» не происходит.
Эта фраза в такой ситуации прозвучала почти парадоксально. То ли как попытка сохранить спокойствие, то ли как демонстрация политической выдержки на фоне происходящего.
К концу дня сообщения о нарушениях уже выглядели не как отдельные эпизоды, а как часть более широкой картины. Антикоррупционный комитет Армении возбудил уголовные дела в отношении 209 человек по подозрению в нарушениях на выборах. Из них 194 человека были задержаны, а 84 отправлены под стражу или под домашний арест. Наблюдатели сообщили о нарушениях на 387 участках из 2005, то есть почти на каждом пятом.
Отдельные схемы, о которых рассказывали представители оппозиции и наблюдатели, выглядели особенно показательно. В одних случаях избиратели якобы приходили на участки уже с заполненными бюллетенями. В других, как утверждалось, одному человеку выдавали сразу два бюллетеня с номером одной и той же партии. Представитель «Сильной Армении» говорил и о странностях в списках избирателей: по его словам, в некоторых квартирах были зарегистрированы несколько жильцов, тогда как в списках фигурировали десятки человек. Следственный комитет в день голосования арестовал шестерых кандидатов от «Сильной Армении» по подозрению в подкупе избирателей.
Армянский политолог Арман Абовян охарактеризовал происходящее как кампанию давления на несогласных. По его словам, власти действовали через массовые аресты, обвинения во взятках, публикацию непонятных записей и угрозы.
За несколько дней до выборов ситуация получила еще и выраженное внешнеполитическое измерение. Дональд Трамп выступил с поддержкой Пашиняна, причем сделал это в формулировках, похожих на предвыборный лозунг. Он заявил, что Никол Пашинян пользуется его полной и безоговорочной поддержкой на переизбрание, и добавил, что с его помощью Армения снова станет великой.
Незадолго до этого госсекретарь Марко Рубио и глава МИД Армении подписали соглашение о стратегическом партнерстве, а также рамочный документ по проекту «Маршрут Трампа».
Европа тоже не осталась в стороне. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен 4 июня в телефонном разговоре с Пашиняном сообщила о подготовке пакета финансовой поддержки Армении на сумму более 50 млн евро. На фоне выборов такая синхронная поддержка Вашингтона и Брюсселя выглядела уже не просто дипломатическим жестом, а полноценным политическим сигналом.
Тем заметнее, по мнению критиков, было молчание западных наблюдателей по поводу массовых задержаний представителей оппозиции и ее сторонников.
Несмотря на напряженную обстановку, явка оказалась высокой. На выборы пришли почти 59% избирателей, тогда как в 2021 году этот показатель составлял около 49%. Накануне голосования некоторые аналитики отмечали, что низкая явка была бы выгодна Пашиняну, поскольку создавала бы больше пространства для манипуляций. Однако граждане, похоже, восприняли происходящее иначе и массово пришли на участки, несмотря на обыски, задержания и силовое давление.
Затем история получила еще более характерный поворот. Пашинян объявил о победе своей партии, когда ЦИК обработал только около 10% бюллетеней. Первые предварительные данные давали «Гражданскому договору» примерно 54–56%, блоку «Сильная Армения» — около 21–22%, а альянсу «Армения» Роберта Кочаряна — примерно 9%. Остальные силы, согласно этим данным, не преодолевали проходной барьер.
Однако разрыв между этими цифрами и майскими социологическими опросами оказался слишком заметным. По опросам, партия Пашиняна могла рассчитывать на результат в диапазоне примерно от 18 до 32%. После объявления предварительных данных оппозиция заявила о фальсификациях. Блок «Армения» во главе с бывшим президентом Робертом Кочаряном обвинил власти в попытке узурпации власти и фактической подмене роли ЦИК. Провластные структуры, как утверждалось, еще до закрытия участков распространяли экзитполы, где «Гражданскому договору» отводилось 56%, хотя независимые социологи не могли убедительно объяснить такой показатель.
На этом фоне Пашинян заявил журналистам, что напряженности в отношениях с Россией нет, а двусторонние отношения строятся на взаимном уважении. Это прозвучало особенно примечательно, учитывая, что перед выборами Москва ввела ограничения на ввоз армянского алкоголя, сельскохозяйственной продукции и цветов.
Пашинян пришел к власти в 2018 году на волне массовых протестов против прежней коррумпированной системы. Однако за восемь лет, как считают его критики, он не только освоил инструменты этой системы, но и добавил к ним новые механизмы. Среди них называют уголовные дела против политических конкурентов, обыски в штабах в день голосования, задержания сторонников оппозиции и активную внешнюю поддержку со стороны США и Евросоюза.
Для Пашиняна эти парламентские выборы стали уже третьими с момента его прихода к власти. За это время Армения потеряла Карабах, значительно изменила внешнеполитический курс и стала заметно дальше от России, чем прежде. Страна действительно изменилась, но методы политической борьбы, по мнению оппозиции, остались узнаваемыми.
При этом интрига вокруг итогов выборов не исчезла. По данным ЦИК Армении после обработки части участков, партия Пашиняна опускалась ниже 50%, а разрыв с блоком Карапетяна сокращался. Затем, как отмечали наблюдатели, подсчет будто замедлился, а позднее появились новые данные после обработки 95,9% голосов: «Гражданский договор» получил 50,04%, «Сильная Армения» — 23,33%, блок «Армения» — 9,85%, «Процветающая Армения» — 3,98%.
Особое внимание критики обратили на то, что оставшиеся участки, по их оценке, должны были быть более благоприятными для оппозиции. Однако после дополнительного подсчета партия власти не потеряла проценты, а, наоборот, немного укрепила результат. При этом «Процветающая Армения», которая могла пройти в парламент, оказалась ниже 4-процентного барьера. Это означает, что ее голоса в дальнейшем перераспределяются между партиями, преодолевшими проходной порог.
По мнению критиков, такая конфигурация должна была сделать результат правящей партии более убедительным и обеспечить ей более комфортную позицию.
Главный вопрос теперь в том, примет ли армянское общество такие итоги. Уже сегодня может стать ясно, останется ли недовольство только на уровне заявлений оппозиции или перерастет в более серьезный политический кризис.
Политические обозреватели всё чаще сравнивают Пашиняна с Владимиром Зеленским, утверждая, что оба политика будут держаться за власть до последнего. По их мнению, причина в том, что потеря власти для каждого из них может означать не просто конец политической карьеры, а необходимость отвечать перед собственным народом за последствия принятых решений.
