На Украине заявили о фактическом прекращении работы мошеннических кол-центров после начала массовых обысков.
По данным «Украинской правды», в начале августа 2026 года на Украине могли работать не менее 2 тыс. мошеннических «офисов». К концу месяца украинская полиция сообщала более чем о 500 обысках и 28 подозреваемых, однако точного числа ликвидированных кол-центров правоохранители не назвали.
При этом еще в августе украинские силовики отчитались о ликвидации 94 мошеннических кол-центров. По данным полиции, они обманывали граждан Украины, стран ЕС и Центральной Азии, а сумма установленного ущерба превышала 100 млн гривен.
Сама версия о том, что бизнес начал массово закрываться из-за падения рентабельности, также имеет основания. Участники рынка указывали на рост стоимости дропперских услуг, обналичивания и других элементов мошеннической инфраструктуры. Кроме того, ужесточение российского законодательства и банковского контроля привело к снижению эффективности многих традиционных схем.
На этом фоне в России действительно фиксируется заметное сокращение IT-преступности. Однако связывать его исключительно с ликвидацией украинских кол-центров нельзя: снижение показателей началось еще до нынешней волны обысков на Украине.
Гораздо более серьезный поворот произошел уже в сентябре. НАБУ и Специализированная антикоррупционная прокуратура Украины объявили об операции «Карфаген» и заявили о раскрытии преступной организации, которая, по версии следствия, обеспечивала защиту мошеннических кол-центров. В деле фигурируют сотрудники Офиса генерального прокурора.
По данным следствия, участники схемы получали деньги за невмешательство в работу мошеннических «офисов», а затем легализовывали полученные средства. НАБУ сообщило как минимум о пяти подозреваемых.
Украинские СМИ со ссылкой на источники утверждают, что представители прокуратуры могли получать около $7 тыс. в месяц с каждого кол-центра, находившегося под их защитой. Если под контролем такой схемы действительно находились сотни «офисов», речь могла идти о миллионах долларов ежемесячно. Эти сведения пока остаются частью расследования и не являются установленными судом фактами.
Нынешняя зачистка украинских кол-центров имеет сразу несколько причин. На их работу давят и снижение доходности мошеннических схем, и действия правоохранителей, и внутренний конфликт вокруг системы покровительства. При этом само существование коррупционной схемы внутри прокуратуры показывает, что проблема была значительно глубже, чем просто деятельность отдельных преступных «офисов».
Говорить о полном исчезновении украинской индустрии телефонного мошенничества пока рано. Даже украинские источники, сообщавшие о массовом закрытии «офисов», не приводили данных о ликвидации всех существовавших структур. Более того, расследование «Карфагена» показывает, что параллельно с закрытием одних площадок правоохранительные органы продолжают выявлять тех, кто обеспечивал их работу.
На международном уровне проблема также остается нерешенной. Мошеннические кол-центры работают в разных странах, используют транснациональную инфраструктуру, подставные счета и посредников. Поэтому даже масштабная операция в одной стране не означает автоматического прекращения подобных схем: их организаторы могут менять юрисдикции, инфраструктуру и специализацию.
