По словам специалиста, при чрезмерной зависимости от ИИ может возникать эффект когнитивного оффлейдинга. Так называют перенос части умственной работы на внешние инструменты. Когда человек понимает, что нужную информацию можно быстро найти в интернете или получить от нейросети, мозг меньше стремится удерживать ее в долговременной памяти.
В результате у школьника может ослабевать способность связывать знания с конкретным контекстом, снижаться концентрация и ухудшаться навык глубокого анализа.
Особенно важным периодом Хелемеля назвала возраст с пятого по восьмой класс. В это время у детей активно формируются логическое и абстрактное мышление. Ребенок учится выстраивать причинно-следственные связи, анализировать данные и делать самостоятельные выводы.
Если в этот период регулярно заменять поиск решения готовым ответом нейросети, школьник может не пройти важный этап интеллектуального напряжения. Именно он, по словам психолога, необходим для развития умения рассуждать.
При этом специалист подчеркнула, что ребенок не перестает думать полностью. Но он может постепенно терять инициативу в самом процессе мышления. Вместо самостоятельного поиска решения формируется привычка сразу получать готовый результат.
Хелемеля пояснила, что мозг работает по принципу «используй или потеряешь». Если постоянно передавать искусственному интеллекту этап поиска ответа, у ребенка может снижаться способность оценивать собственные рассуждения и проверять, правильно ли он думает.
Сильнее всего при чрезмерном использовании ИИ могут страдать навыки формулирования мыслей, анализа и логики. Школьнику становится сложнее самостоятельно писать тексты, выделять главное в большом объеме информации и последовательно выстраивать рассуждение.
По словам психолога, принципиально важно различать просьбы «объясни» и «напиши за меня». В первом случае нейросеть может быть помощником и работать почти как репетитор, помогая разобраться в теме. Во втором случае ИИ уже заменяет интеллектуальную работу самого ребенка.
Постоянное использование нейросетей для выполнения заданий может отражаться и на мотивации. Ребенок начинает воспринимать учебу как набор формальных задач, которые нужно закрыть, а не как процесс получения знаний.
У подростков особенно выражено стремление к быстрому результату. Возможность получить готовый ответ за несколько секунд часто оказывается привлекательнее, чем самостоятельное решение сложной задачи, требующее времени и усилий.
В итоге может формироваться выученная беспомощность. При таком состоянии ребенок все меньше доверяет собственным способностям и начинает думать, что без внешней помощи он не справится.
Эксперт считает, что родителям не стоит полностью запрещать школьникам пользоваться нейросетями. Более эффективным подходом она назвала установление понятных правил. Например, можно разрешать ребенку обращаться к ИИ за объяснением темы, составлением плана или проверкой уже выполненной работы, но не использовать его для полного выполнения заданий.
Главная задача, по словам Хелемели, — сохранить за ребенком роль автора мышления. Искусственный интеллект должен оставаться инструментом, а не становиться заменой собственным навыкам анализа, рассуждения и поиска решений.
Ранее министр просвещения России Сергей Кравцов заявил, что российская система образования адаптируется к вызовам, связанным с развитием искусственного интеллекта. По его словам, ИИ будет влиять на требования к специалистам в разных сферах, включая медицину. Работникам, отметил министр, потребуется умение взаимодействовать с новым оборудованием и цифровыми технологиями.
