Сделку тянет люксембургская матрёшка, а в её основании сидят совладельцы люблинского рынка «Москва», деловые партнёры Года Нисанова — хозяина «Садовода» и председателя совета директоров «Киевской площади». Лондон и Вашингтон этих людей давно заметили. Брюссель — нет.

На днях коллеги из ВЧК-ОГПУ выдвинули смелую гипотезу: мол, за французским замком Мирамбо торчат уши «Киевской площади». Гипотеза хорошая, но гипотеза — это как обещание жениться: приятно, но к делу не пришьёшь. Поэтому мы засучили рукава и сделали ту скучную работу, которую все откладывают: подняли французские, люксембургские и российские реестры, нотариальные акты и санкционные списки. Спойлер: коллеги были правы. Только всё оказалось гораздо веселее.

Сколько хозяев может пережить один замок?

Замок Мирамбо стоит на холме между Бордо и Коньяком — ровно там, где нормальному человеку и хочется стоять. Впервые упомянут в 1083 году. В Столетнюю войну его перетягивали англичане и французы, гугеноты дважды жгли, в XIX веке граф Дюшатель отстроил его заново, потом здесь долечивали солдат. Всё это замок пережил. Посмотрим, переживёт ли он люксембургское право.

Хозяева в последние сорок лет менялись тут чаще, чем тренеры в российской премьер-лиге. В 1989 году департамент Шаранта-Приморская выкупил замок на торгах — перепугался, что новые покупатели будут недостаточно бережны к наследию. Как в воду глядел. Потом были ещё одни торги, за долги. В 2002 году замок купил итальянский отельер Роберто Полито, с 2005 года отель вошёл в сеть Relais & Châteaux, в 2011-м сменился инвестор — итальянец Вальтер Майнетти. После полутора лет ремонта в 2017 году ресторан вернул себе звезду Мишлен.

Глянец такой: пять звёзд, 40 номеров в замке и Оранжерее, парк в 8 гектаров, крытый и открытый бассейны, хаммам, теннис и «коньякотека». Коньякотека — это комната, где коньяк хранят, как книги в библиотеке. Запомните это слово. Оно нам ещё пригодится как метафора бухгалтерии.

Шато де Люблино. Он же Château de Mirambeau, Шаранта-Приморская. Фото: Cosal / Wikimedia

Достаём калькулятор. Данные — из французской базы сделок с недвижимостью DVF, реестра юридических лиц и официального бюллетеня BODACC.

За полтора года замок подорожал на 106%. Биткоин нервно курит в углу. Парижский девелопер OCP — просто удачливый перекупщик: связи с героями этой истории мы не нашли, и завидовать его чутью можно только белой завистью.

Фото: французская база сделок с недвижимостью DVF (explore.data.gouv.fr), участок 17236000AD0089, Мирамбо. Продажа 2 июня 2022 года — 2 275 000 €, продажа 23 января 2024 года — 4 700 000 €.

Интереснее покупатель. SCI CHÂTEAU DE MIRAMBEAU зарегистрировали 21 декабря 2023 года в Экс-ан-Провансе, за месяц до сделки. Участники — французская I ESTATE FRANCE и испанская I-ESTATE SPAIN PROPERTY S.L. из Барселоны с капиталом €3 000. Тысяча евро купила четыре миллиона семьсот. Финансовым рычагом это уже не назовёшь, тут работал экскаватор.

Фото: официальный реестр юрлиц Франции (annuaire-entreprises.data.gouv.fr), SCI CHATEAU DE MIRAMBEAU, SIREN 982 716 185, создана 19 декабря 2023 года.

Фото: там же, данные Национального реестра предприятий (INPI): дата регистрации 21.12.2023, уставный капитал 1 000 €.

Фото: там же, руководители SCI CHATEAU DE MIRAMBEAU: I ESTATE FRANCE и I-ESTATE SPAIN PROPERTY S.L.

А гостиничный бизнес пятизвёздочного отеля с мишленовским прошлым в тот же день ушёл за сто тысяч. Это примерно годовая зарплата его же шеф-повара, только без премии и комплимента от заведения.

Фото: официальный бюллетень BODACC, объявление № 451 от 27.02.2024. MIRAMBEAU PALACE (RCS 983 990 789), президент — I ESTATE FRANCE; бизнес приобретён по цене 100 000 €; прежний владелец — OCP MIRAMBEAU (RCS 909 420 333).

Сколько зарабатывает пятизвёздочный замок? Ноль евро ноль центов

Купить замок с отелем почти за пять миллионов евро — это смело. Закрыть его на два года — это уже искусство. Компания Mirambeau Palace, купившая гостиничный бизнес, показала во французском реестре выручку ровно 0 евро за 2024 год и столько же за 2025-й. Убытки при этом капали исправно: минус 741 тысяча евро в первый год и минус 762 тысячи во второй. Полтора миллиона за два года — и ни одного гостя в отчётности.

Фото: annuaire-entreprises.data.gouv.fr, MIRAMBEAU PALACE (SIREN 983 990 789), финансовые показатели: выручка 0 € за 2024 и 2025 годы, чистый убыток −740,9 тыс. € и −762 тыс. €.

Судя по всему, отель всё это время стоял закрытым. На одном из сайтов замка теперь висит торжественное «OPENING 2026»: открылись для свадеб, семинаров и аренды целиком, а сайт, как честно предупреждают, «ещё в разработке». Два года отель стоял тихо, как библиотека в день выборов.

За всем этим стоит французская I ESTATE FRANCE (SIREN 982 472 052). Её уставный капитал с октября 2025 года — 9 388 евро. Финансовые долги по отчётности за 2025 год — 5,57 миллиона евро. Соотношение как у студента со стипендией, взявшего ипотеку на Рублёвке. Президентом компании, согласно BODACC от 24 октября 2025 года, значится Ренат Ильягуев (в французской записи — YLIAGOYEV Renat), 1993 года рождения. Имя ещё всплывёт.

Фото: BODACC, объявление № 1202 от 24.10.2025. I ESTATE FRANCE (RCS 982 472 052): капитал 9 388 €, президент — YLIAGOYEV Renat.

Фото: Pappers.fr, финансовые показатели I ESTATE FRANCE: финансовые долги 5,57 млн € (2025) и 1,69 млн € (2024).

Кто кредитор на пять с половиной миллионов? Банк? Акционеры? Добрая фея? Отчётность молчит, как коньяк в той самой коньякотеке.

У группы есть и сестрички с поэтичными именами: Elysium, Les Serres de Mirambeau, Spirits. Выручка у всех трёх — ноль. Генеральный директор Elysium — француз Николя Монёз, тот самый, что сидит и в совете директоров люксембургского холдинга. Есть ещё Decillion France, чьим президентом записана американская DECILLION CORP. Названия — как у парфюмерной линейки, обороты — как у закрытого ларька.

Наконец, в декабре 2025 года доли в SCI, которой принадлежит замок, кому-то передали. Кому именно — из открытых данных французского реестра пока не видно.

Как оценить испанский бизнес дешевле подержанного «Рено»?

Чтобы понять, кто на самом деле покупает замки за тысячу евро, надо ехать в Люксембург. Там, в официальном бюллетене RESA, лежат нотариальные акты — с датами, адресами и, что особенно приятно, датами рождения. Люксембургский реестр выдаёт документы с той же охотой, с какой кот отдаёт сосиску, но мы его уговорили.

Слой первый. 20 декабря 2022 года Фарид Гершумов, «гражданин Германии, родившийся в Москве 6 мая 1986 года», единолично учреждает SafeBox Storage International S.à r.l. (RCS B273962, нотариус Карин Ройтер, акт № 17701). Капитал — 12 000 евро. Оплачен он не деньгами, а долями: 100% испанской I-Estate Spain S.L. (NIF B67873745) и 80% испанской Safebox Storage S.L. (NIF B67880435). Весь испанский бизнес группы оценён в двенадцать тысяч евро. Это подержанный «Рено Клио» с пробегом и дефектом лакокрасочного покрытия. Первые формальные управляющие — уроженец Хайфы Арон Йонатан Охана с барселонским адресом испанских компаний и люксембургская управляющая Валери Эррио. В декабре 2023 года их сменил всё тот же Николя Монёз.

Фото: люксембургский бюллетень RESA, публикация RESA_2022_272.728 (RCS B273962). Учреждение SafeBox Storage International 20 декабря 2022 года; учредитель — Farid Gerschumov, гражданин Германии, родился в Москве 6 мая 1986 года.

Фото: там же. Капитал оплачен вкладом в натуре: 100% I-Estate Spain S.L. и 80% Safebox Storage S.L.; вклад оценён минимум в 12 000 €.

Слой второй. 15 июля 2024 года Гершумов, опять в одиночку, учреждает акционерное общество I-Estate Group S.A. (RCS B288002, нотариус Тьерри Беккер, акт № 3174). Уставный капитал — 30 000 евро деньгами. А дальше начинается магия: совет директоров получает право поднять капитал до 15 миллионов евро без собрания акционеров. Тридцать тысяч в кармане и разрешение положить туда ещё пятнадцать миллионов, никого не спрашивая. Такой вот кошелёк с функцией самозаполнения. Директора — Николя Монёз (класс A), Фарид Гершумов и Эдик Элиаев (класс B).

Фото: RESA, публикация RESA_2024_165.1402 (RCS B288002). Учреждение I-Estate Group S.A.; учредитель — Farid Gerschumov.

Фото: там же. Уставный капитал — 30 000 €; разрешённый капитал — 15 000 000 €.

Сборка. 30 июля 2024 года все 120 000 долей SafeBox Storage International переходят к I-Estate Group. 13 мая 2025 года холдинг учреждает дочернюю Boxdepo Management S.à r.l. (RCS B296522, нотариус Жан-Жозеф Вагнер, капитал 12 000 евро, 100% у I-Estate Group). Получается цепочка: Люксембург держит Люксембург, который держит Испанию, а рядом — французские компании и замок.

Фото: RESA, публикация RESA_2024_175.190 (RCS B273962). Все 120 000 долей SafeBox Storage International принадлежат I-Estate Group.

Фото: RESA, публикация RESA_2025_110.500 (RCS B296522). Учреждение Boxdepo Management; учредитель — I-Estate Group.

Тут маленькая поправка для коллег. В ВЧК писали, что Boxdepo получила долю в I-Estate Group. По документам всё наоборот: холдинг создал Boxdepo и владеет ею целиком. Не в укор — с такими матрёшками и у бывалого нотариуса голова закружится.

Кому сегодня принадлежит сам холдинг, неизвестно. Акционеров акционерного общества люксембургский реестр не публикует, а реестр бенефициаров закрыт для посторонних. В международной базе LEI материнская компания SafeBox Storage International и вовсе записана как «NO_KNOWN_PERSON» — «лицо неизвестно». Очень по-люксембургски: всё есть, а никого нет.

И последний штрих. Бренд SAFE BOX в России зарегистрирован на ООО «СБ Групп» (ИНН 9723025081, товарный знак № 509384), которым на 100% владеет Лазар Данилов. Наших героев среди её учредителей нет. Вывеска одна, хозяева разные. Как два ресторана «У Ашота» на соседних улицах.

Фото: Rusprofile, учредители ООО «СБ Групп» (ИНН 9723025081): с 02.11.2023 — Данилов Лазар Натанилович, 100%.

Кто такие Фарид и Эдик и при чём тут Люблино?

А теперь из Люксембурга — в Люблино. Пристегнитесь.

Сначала немного географии. Группа «Киевская площадь» — крупнейший рантье России. Её сооснователь и председатель совета директоров — Год Нисанов. Флагман — рынок «Садовод», который сам себя скромно называет крупнейшим центром оптово-розничной торговли страны. Дальше в портфеле идут «Фуд Сити», «Европейский», гостиница «Украина», «Олимпийский» — и рынок «Москва» в Люблино.

Фото: Нисанов, сооснователь и председатель совета директоров «Киевской площади», хозяин «Садовода». Шесть стран ввели против него санкции. Евросоюз пока изучает вопрос.

Именно в «Москве» и находятся наши герои. Вот что показывает ЕГРЮЛ.

Рестораны на судах с юридическим адресом на рынке в Люблино. Видимо, теплоходы там швартуются прямо между павильонами с куртками.

Фото: Rusprofile, учредители ООО «ТЦ «Москва» (ИНН 7723925593), уставный капитал 9,3 млрд руб.

Фото: Rusprofile, учредители ООО «Рижская» (ИНН 7730251225).

Фото: Rusprofile, учредители ООО «Флотилия» (ИНН 7726328877).

Эдик Ильяев — вообще человек-портфель. По данным Rusprofile, сейчас он участник одиннадцати компаний с совокупной выручкой около 5,1 млрд рублей за 2025 год: от химкинского «Грандтитула» с миллиардным капиталом до «Фуд Холода» на 22-м километре Калужского шоссе, «Торгового центра Пражский» и «Домодедово Фуд». Фарид Гершумов скромнее: «Флотилия», «Рижская» и ИП по сдаче недвижимости в аренду.

Фото: Rusprofile, Ильяев Эдик (Эдуард), ИНН: учредитель 11 организаций, совокупная выручка 5,1 млрд руб. в 2025 году.

Фото: Rusprofile, Гершумов Фарид, ИНН: «Флотилия» (21%), «Рижская», ИП.

Теперь главное. В люксембургских нотариальных актах Фарид Гершумов как родился в Москве 6 мая 1986 года, так и родился. А Edik Eduard Eliaev — индивидуальный предприниматель из израильского Тират-Кармеля, родился 5 июня 1974 года в Азербайджане. По данным баз, имеющихся в распоряжении редакции, у Фарида Гершумова с ИНН и у Эдика (Эдуарда) Ильяева с ИНН ровно те же даты рождения. День в день.

Фото: RESA, публикация RESA_2024_165.1402. Директора I-Estate Group: Farid GERSCHUMOV, родился в Москве 6 мая 1986 года; Edik ELIAEV, родился в Азербайджане (СССР) 5 июня 1974 года.

Можно, конечно, поверить, что в мире два Фарида Гершумова, родившихся 6 мая 1986 года в Москве, и оба увлекаются недвижимостью. Мы даже знаем, кто в такое верит: те, кто покупает замки на тысячу евро.

Выходит, совладельцы люблинского рынка «Москва» и партнёры Романа Илиева по «Рижской» и «Флотилии» — это те же люди, что собирали люксембургскую матрёшку, из которой растёт французский замок. Не тёзки и не однофамильцы. Одни и те же.

Почему Лондон видит, а Брюссель нет?

Роман Илиев, крупнейший партнёр наших героев по «Рижской», с сентября 2022 года в санкционном списке Великобритании, а с декабря 2023-го — в списке Минфина США. Год Нисанов собрал коллекцию из шести стран: США, Великобритания, Канада, Австралия, Новая Зеландия и Япония. Ильгам Рагимов, совладелец «Флотилии», под санкциями Канады и Австралии.

И вот фокус. В санкционных списках Европейского союза нет ни одного из них. Мы проверили дважды: по официальной карте санкций ЕС sanctionsmap.eu (обновление от 26 октября 2026 года) и по сводному списку финансовых санкций ЕС от 23 октября. Все 37 режимов, более 11 тысяч записей. Абрамович есть, Ротенберги есть, Мордашов есть. Илиева, Нисанова и Рагимова нет.

Шесть стран уже решили. Евросоюз всё ещё изучает вопрос. Видимо, документы лежат в той самой коньякотеке и доходят до нужной выдержки.

Отсюда и география. В Лондоне или Нью-Йорке партнёрам Илиева пришлось бы объясняться с комплаенс-офицером уже на второй минуте. А Франция и Люксембург — это ЕС, где санкционный список свой, и этих имён в нём нет. Во Францию дорогу проложили через бюрократическую щель в Брюсселе, туннель под Ла-Маншем не понадобился.

Фото: Роман Илиев — совладелец рынка «Москва» и «Рижской», партнёр Гершумова и Ильяева. Лондон его видит с 2022 года, Вашингтон — с 2023-го. Брюссель — нет.

Чтобы быть точными: сами Фарид Гершумов, Эдик Ильяев и Ренат Ильягуев ни в одном санкционном списке не значатся. Они просто партнёры тех, кто значится.

Куда пропали Фарид и Эдик?

Весной 2026 года в люксембургской матрёшке случилась тихая смена декораций.

10 апреля Ренат Мардахаевич Ильягуев (в документах — Renat Mardaxayevic YLIAGOYEV) из Дубая заменяет Фарида Гершумова сразу во всех трёх компаниях: в совете директоров I-Estate Group, в SafeBox Storage International и в Boxdepo Management. 18 мая Эдика Ильяева в совете холдинга сменяет Рональд Низамов из Норт-Йорка, пригорода Торонто. Оба события зафиксированы в люксембургском бюллетене RESA.

Фото: RESA, публикация RESA_2026_099.175. I-Estate Group: назначен YLIAGOYEV Renat Mardaxayevic (с 10/04/2026), исключён GERSCHUMOV Farid.

Фото: RESA, публикация RESA_2026_107.45. SafeBox Storage International: YLIAGOYEV вместо GERSCHUMOV.

Фото: RESA, публикация RESA_2026_107.46. Boxdepo Management: YLIAGOYEV вместо GERSCHUMOV.

Фото: RESA, публикация RESA_2026_115.407. I-Estate Group: назначен NIZAMOV Ronald (с 18/05/2026), исключён ELIAEV.

Ильягуеву 33 года. С октября 2025 года он уже президент французской I Estate France — той самой, с капиталом в 9 тысяч и долгами в 5,57 миллиона. О Рональде Низамове интернет знает меньше, чем о соседском коте.

При этом из российских активов никто не уходил. Наоборот: по данным Rusprofile, 20 августа 2026 года Эдик Ильяев записан участником ООО «ТЦ «Москва» с долей 26% — по номиналу 2,4 млрд рублей. Из Люксембурга вышел — в Люблино вошёл.

Фото: Rusprofile, события по Ильяеву Э.: 20.08.2026 — участие в ООО «ТЦ «МОСКВА», доля 2 417 461 885 руб. (26%).

И ещё одна деталь. Все эти перестановки случились за полгода до публикации коллег из ВЧК. Испугались, значит, не журналистов. Чего именно — мы не знаем, но зачем-то два совладельца люблинского рынка за семь недель вышли из всех европейских кабинетов сразу.

Был человек — нет человека. А замок стоит.

Откуда деньги, Зин?

Расклад такой: есть фирма с капиталом в тысячу евро, которая платит за замок четыре миллиона семьсот. И есть фирма с капиталом в девять тысяч, которая должна пять с половиной миллионов. Деньги в эту историю откуда-то пришли.

По данным источников редакции, через «Садовод» деньги выводятся за рубеж. Наличные собирают на рынке, превращают в криптовалюту и переправляют за границу. И это не только наши слова.

В октябре 2026 года Международный консорциум журналистов-расследователей (ICIJ) опубликовал внутренние документы подсанкционной криптосети A7. Одним из ключевых источников наличных для неё оказался именно «Садовод». На рынке, по данным консорциума, работают минимум восемь групп платёжных посредников, которые принимают у торговцев сумки с рублями. Их офисы, по словам источника ICIJ, находятся рядом с администрацией рынка. Только в конце 2024 года в платёжном реестре A7 нашлось 2300 заявок с «Садовода». Одной гонконгской компании посредники рынка за те же месяцы подали заявок на 76 миллионов долларов.

Источники RTVI в ФСБ и МВД раньше говорили о том же: обнальщики выводили деньги с «Садовода» за рубеж, в том числе через криптовалюту. А по данным «Новой газеты», глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин на встрече с Путиным назвал три рынка, которые генерируют львиную долю наличных, уходящих за рубеж: «Садовод», «Москва» и «Фуд Сити». Все три — «Киевская площадь». И во втором из них совладельцами записаны наши герои.

А ещё раньше, в 2020 году, об этом говорил бизнесмен Ильгар Гаджиев, бывший партнёр Нисанова. В интервью он рассказывал, что с оборотов их общего проекта собирали наличные, платили за обналичивание, а сами деньги возили «через «Садовод». У Гаджиева к Нисанову личный счёт — он утверждает, что лишился бизнеса, и мы это честно учитываем. Тогда его слова можно было списать на обиду. Теперь списать уже не на что.

Обиженный партнёр, финансовая разведка, силовики и международный консорциум журналистов — компания, согласитесь, разношёрстная. В одну баню они бы не пошли. А рассказывают одно и то же.

Рынок, через который уходят деньги, принадлежит «Киевской площади» Года Нисанова. Партнёры той же группы тем временем строят в Люксембурге холдинг с правом без спроса залить в него 15 миллионов и покупают французский замок через фирму с капиталом в тысячу евро. Совпадение? В совпадения такого масштаба мы не верим. Но пусть господа сами расскажут, откуда у них €4,7 миллиона.

Что ответили герои? Ничего

Редакция направила вопросы фигурантам этой истории. На момент публикации ответов нет. На всякий случай повторим их здесь — вдруг письмо затерялось между Дубаем и Люблино.

1. Откуда у SCI с капиталом в тысячу евро взялись €4,7 миллиона на покупку замка?

2. Кто кредитор I Estate France на €5,57 миллиона?

3. Почему отель два года не работал и не принёс ни евро выручки?

4. Почему весной 2026 года Фарид Гершумов и Эдик Ильяев вышли из всех люксембургских компаний?

5. Кто сегодня акционеры I-Estate Group S.A.?

6. Кому в декабре 2025 года передали доли SCI, которой принадлежит замок?

Опубликуем ответы, как только получим. Ждём у камина. В коньякотеке.

Что осталось на дне коньякотеки?

Что мы имеем. Замок с тысячелетней историей и мишленовским прошлым. Покупатель с капиталом в тысячу евро. Испанский бизнес дешевле подержанной машины. Холдинг с правом без спроса нарастить капитал до пятнадцати миллионов. Два года без выручки. Пять с половиной миллионов долга неизвестно кому. Совладельцы люблинского рынка, тихо покинувшие все европейские кабинеты. Рынки, через которые, по данным источников редакции, деньги уходят за рубеж. И Брюссель, который ничего этого не видит.

Десять волшебных палочек из десяти. Гарри Поттер увольняется из Хогвартса и идёт учиться в Люблино.